Печать
Просмотров: 6121

* * *

Больное сердце мается в груди.
Любовь и жизнь остались позади.

Страна, где я родился и где рос,
лежит на дне людского моря слез.

Родник иссяк и отцвели цветы,
глаза померкли, съежились мечты…

И лишь, как прежде, небо надо мной
своей бездонной манит высотой…
3 января 2006


* * *

Т. Г.
Мы больше не встретимся, даже случайно.
Свела нас когда-то печальная тайна.
Жестокая тайна потом развела.
И тихо навеки ты с нею ушла.

Но сердце мое ничего не забудет,
и что-то, возможно, небывшее будет,
когда нас простит всеобъемлющий рай,
ведь мы не сказали друг другу «прощай»…
23 апреля 2001 – 28 февраля 2006


* * *

Некуда деться мне в городе зверском,
спрятаться негде от воплей скотов.
В неутихающем грохоте мерзком
глохнет поэзии трепетный зов.

Нервы и вены – гудящие струны,
перенатянуты, как на разрыв.
Дни беспросветны и ночи безлунны.
Зреет на сердце убийственный взрыв.

Пройдено прошлое – путь испытанья.
Худшего жду, на судьбу опершись.
Думал я, жизнь – это мера страданья.
Мера терпения – вся моя жизнь.
9 марта 2006


* * *

Судьба, судьба, как странно ты сложилась!..
Была необъяснима жизнь моя.
Но шла за мною Божеская милость
и следом – беспощадность бытия.

Каким-то чудом выжил я на свете,
нисколько не озлобившись душой.
Смотрю с улыбкой, как играют дети,
как сквер сияет молодой листвой.

Была мне тайна высшая открыта
и о любви шептал мне каждый куст…
Я все же выжил. Но страна – разбита,
и дом унылый – холоден и пуст.
8 июня 2006


* * *

Наверно, смешно и нелепо
в закатную верить зарю…
Смотрю на вечернее небо,
спокойно и долго смотрю.

Мне волосы ветер полощет
и полнится взгляд синевой,
я вижу яснее и проще
прошедшее перед собой.

Ведомый велением вышним,
прорвал я соблазны греха.
Что было никчемным и лишним, –
отсеялось, как шелуха.

Испытан земной маятою,
я с ней расквитался давно.
Всему пережитому мною
меня пережить суждено.

И вот, не забывший о многом,
судьбу разглядевший свою,
безропотно, как перед Богом,
под небом вечерним стою.

Внимаю сердечной надежде
на эту живую зарю,
с любовью, неведомой прежде,
в предвечное небо смотрю.
4 июля 2006


* * *

Осталось мне, наверное, немного.
И в листьях ветер северный вздохнет,
когда моя последняя дорога
в немую ночь угрюмо уведет.

И все мои по Родине кочевья,
как сны, прокрутит неба синева.
«Ну вот и всё…», – прошепчут вслед деревья,
«Прощай, прощай…», – прошелестит трава.

Блеснут и стихнут дальние зарницы,
устало скрипнут старые мосты…
«Ты был нам другом», – прощебечут птицы,
«Мы не забудем», – прозвенят цветы.

Услышат их безмолвные погосты,
плеснет волной озерная вода…
И отразит стремительные звезды
открытых глаз холодная слюда.
13 августа 2006


СЕЛЬСКАЯ КАРТИНА

Буйство цветов на нескошенном поле,
пиршество бабочек, пчел и стрекоз.
Здесь, на раздолье на этом, давно ли
зрели пшеница, гречиха, овес?

Время застыло на сельских окрайнах,
нет ни коровьих мычаний в хлеву,
ни тракторов не видать, ни комбайнов,
даже на сено не косят траву.

Шапки репейные катятся в осень,
цвет облаков неспокойно-свинцов…
Дико торчат меж прореженных сосен
круглые башни кирпичных дворцов.

Тают селенья, теснятся хоромы
в горестных прорезях лесосек.
Множится, копится мир насекомый,
где от земли отошел человек.
19 августа 2006


ОСЕННИЙ ТРИПТИХ

1

Снова лето ушло,
укатилось в туманную арку.
От кручины в глазах
не поднять к небесам головы.
И брожу я один
по вечернему грустному парку,
чтоб еще подышать
ароматом последней листвы.

Снова сердце болит
в ожидании серых ненастий.
Слишком знает оно,
сколько длинных унылых ночей
будем ждать мы весны,
горевать о растраченном счастье
и смотреть сквозь окно
на мерцанье холодных огней.

Вот что стало со мной.
Так и будет всегда, так и будет.
От весны до весны
жизнь моя. От весны до весны.
Если зимняя ночь
это сердце навеки остудит, –
прилетят соловьи
из далекой чужой стороны…

2

Еще одно иссякло лето,
деревьям холодно, как мне.
День ото дня всё меньше света
в глазах, на сердце и в окне.
Смотрю с тоской на дождь унылый,
на тучи в хмурых небесах,
и всё яснее голос милый
в нездешних слышу голосах…

3

В сентябре запоздалое лето
одарило нежданным теплом,
и листва золотистого цвета
ярко блещет в сиянье дневном.

Удивительный свет бирюзовый
над притихшей природой разлит.
Даже сердце от благости новой
в эти ясные дни не болит.

И не хочется помнить, что вскоре
свет надолго померкнет в окне,
что ненастье и холод, и горечь
в ноябре возвратятся ко мне…
Август – сентябрь 2006


РУССКИЙ МАРШ

Мы идем сквозь кордоны ОМОНа
и овчарок ментовских конвой.
Святорусские наши знамена
на ветру – как огонь золотой.

Сколько лет мы кроваво терпели
эту нерусь на русской земле!
Наши души во мраке прозрели
и сердца укрепились во мгле.

Хватит гнуться под властью Сиона
и взирать на погибель страны!
Ни Бейтар, ни дубинки ОМОНа
нам отныне уже не страшны.

В русском марше – к победе дорога.
С грозной силой – ударим в набат!
За спиною у нас – Кондопога,
впереди – будет свой Сталинград!

6 ноября 2006


В БОГОРОДСКЕ

Напылили кругом, накопытили…
С. Есенин
Хакамады, гайдары, чубайсы, грефы… –
словно дьявол прислал нам свою родню.
Прилепить бы им на спину масти трефы
и хотя бы на месяц послать в Чечню.

Накопытили смрадные эти бесы,
миллионы безмозглых свели с ума.
Сколько их, облепивших родные веси!
Сколько всяческого дерьма!

Володарский, Урицкий, Загорский, Бродский…
Мы избавим от них страну.
И поставят мне памятник в Богородске
вместо памятника Ногину…*

18 декабря 2006

________

* Автор родился в г. Ногинске Московкой обл. Этому городу уже около трехсот лет, и до 1924 года он назывался Богородском. Город был переименован в знак памяти известного революционера В.П. Ногина.